Илья Муромец и раскопки

_MG_1178

Саша Платонов продолжает рассказ о том, что можно выкопать в старинных русских городах и зачем туда вообще ехать.
В городе, который стоит на левом берегу Оки, действительно всё связано с именем этого былинного героя. На въезде в Муром со стороны Владимира стоит гранитный камень с высеченным изображением Ильи. Да и вообще в городе почти все символы так или иначе соотносятся с делами давно минувших дней.

Текст: Александр Платонов, фото: Алексей Сафин

Пока мы въезжаем в Муром, начинает накрапывать мелкий и противный дождь, а по обочине нас обгоняет на мопеде ещё один такой же искатель приключений с зачехленной лопатой за плечами. Мы его еще встретим при совершенно невероятных обстоятельствах.

Экскурсия по Мурому
Спать хочется ужасно, поэтому мы приезжаем в кафе «Крюк», которое стоит на набережной Оки. Цены приятно поражают, как и везде за пределами Московской области. На полторы тысячи рублей пять человек смогли съесть первое, второе, салат и чай с десертом.

После этого оставалось только доехать до места нашего квартирования. Им стала квартира в прекрасном двухэтажном доме в микрорайоне Старый Южный. Тут стоит сделать некоторое пояснение. Муром в советское время был весьма развит промышленно. И по количеству производств, и по численности жителей его можно уверенно ставить в один ряд с нашим городом. Рабочий посёлок Южный начал отстраиваться вместе с двумя машиностроительными заводами. Старый Южный — двухэтажные приятные дома из красного кирпича с палисадниками, кустами сирени, бельем на веревках во дворах и покосившимися сарайчиками. В позапрошлом году в Муроме сделали почти все дороги, но до Старого Южного так и не добрались.

Зато здесь можно почувствовать всю патриархальность уклада. Тут почти нет пластиковых окон, железных дверей и домофонов. В любой подъезд можно попасть абсолютно беспрепятственно. Жильцы сами следят за состоянием коммуникаций, крыш и подъездов. Так что ровесники домов на нашем Рабочем поселке держатся очень и очень неплохо.

Тесноватая, но уютная квартира, где почти полностью сохранился советский быт. Товарищи ещё какое-то время пытаются бороться со сном и смотрят фильм про то, как правильно производить коп и какие с собой нужно иметь для этого вещи. Длится это недолго, и скоро все отключаются.

На утро у нас запланирована экскурсия по местам боевой славы Илюши Муромца. Путешествие началось с района Карачарово. По преданию здесь богатырь помогал местным жителям и вырывал из земли многолетние дубы с корнем, кидая их ровно в те обозначенные места, в которые надо. Здесь же конь Ильи Муромца однажды ударил оземь, и на месте удара забил ключ. Сейчас там находится часовня. На самом высоком месте стоит церковь во имя Святой Троицы, разрушенная в 60-х годах. Зрелище достаточно унылое, но встречающееся в Муромском районе сплошь и рядом.

После этого мы отправляемся в городской парк. Удивительное место, где сохранились старые гипсовые фигуры девушек с веслом и горнистов, вход а-ля ВДНХ и ворчливые билетерши. Небольшое колесо обозрения за четыре минуты поднимает нас на самый верх. Отсюда город видно не слишком хорошо, зато открывается отличный вид на новый мост, построенный через Оку. Раньше здесь действовала только понтонная переправа. Но потом приехал Путин и стало хорошо — построили мост и отремонтировали дороги.

Затем мы спустились к набережной, где перед нами предстал главный монумент города. Илья Муромец на большом постаменте смотрит на правый берег Оки. Он находится в окружении четырех грифонов. Их без всякого предания спилили буквально через неделю после открытия памятника. Это настолько шокировало местных милиционеров, что искали грифонов днями и ночами. Но так и не нашли. В итоге через три года Илья обзавелся новыми грифонами… Вообще Илья Муромец, судя по количеству памятных знаков на единицу площади, гораздо круче, чем Чак Норрис, про которого в Интернете ходят миллионы коротких баек. Пора придумывать то же самое и про Илюшу — это точно.

По одному дню пребывания трудно составить мнение о ситуации в городе, но кажется, что в Муроме всё существует и работает примерно так же, как и в Посаде. В центре города там действует рынок, но автомобилей в городе непривычно мало. Пробок нет. Отличие Владимирской области от Московской в том, что здесь не сохранилось государственных компаний по осуществлению пассажирских перевозок. Поэтому на остановках нет никаких расписаний, а автобуса иногда можно ждать по 40 минут.

Мы же по абсолютно демократичным ценам закупились на рынке (весьма, к слову, цивилизованном) и поехали на места наших новых раскопок. Скажу сразу, что второй и третий дни оказались не такими результативными, как первый, когда найдено было очень много разных монет и вещичек.

Так и не копали
Раскапывать древние урочища нам в тот день не пришлось. Начали мы с деревни Новые Котлицы, но там всё ограничилось парой скромных находок. А вот два следующих поля сулили нам приключения. Ехали мы в район села Троицкое. Место оказалось угрюмым.
Деревня наполовину заброшена, как и церковь, в которой, судя по всему, ранее находился склад местного хозяйства. Пока одни в округе пытались найти монеты, была возможность посмотреть, в каком состоянии колокольня. Поломанные, но так и не сброшенные кресты свидетельствовали о том, что церковь была поругана, но воинствующим атеистам не сдалась.

Ничего не найдя в округе, мы решили двигать через поле в сторону урочища. Ехать было совсем недалеко, мы сели в машину и стали вести разговор о хоккейном матче Россия — Чехия (как раз шел чемпионат мира). Как вдруг посреди поля из-под колес «Нивы» поднялись фонтаны воды, и мы встряли в небольшое болотце.

Мы сначала даже не вышли из машины. 4х4 как никак. Но после воды полетела из-под колёс жижа, и стало понятно — засели мы конкретно. Ближайшие пять часов были потрачены на вытаскивание автомобиля из небольшого болотца под палящим солнцем. Был сломан домкрат, из березового лесочка по соседству был перетащен добрый десяток бревен. Всё без толку.

Вот это я понимаю — настоящий экстремальный отдых. До ближайшей деревни километра три, мы стоим посреди поля и завязли на машине по самое брюхо. Время уже позднее. Лагерь можно разбивать прямо здесь, посреди поля. И вдруг, из-за леса выезжает тот самый мопедист, которого мы обогнали прошлым вечером на въезде в Муром. Теперь уже он посмеивается над нами и заодно сообщает — в том месте, куда мы направляемся, ничего нет. Совсем ничего.

Получив большие порции грязи на лица и одежду, мы решаем сходить за трактором в ближайший колхоз. Трактористы попались сознательные — на водку и деньги не повелись и сказали, что им там застревать ни к чему. И тут одному из нас пришла в голову отличная идея — срубить несколько берез и по принципу рычага приподнять машину. С таким энтузиазмом мы не работали все пять прошлых часов. За 15 минут деревья были срублены и подложены под колёса автомобиля. А ещё через пять минут мы сидели в «Ниве» — злые, уставшие, грязные и голодные.

Еще три с половиной часа езды, и вот мы уже находимся на берегу Оки, на турбазе, на границе с Нижегородской областью. На территории, которая громко названа турбазой, много мусора, закрытых бытовок и пара таких туристических групп, как наша. Кое-как поев, поставив палатку и понаблюдав за движением баржи по Оке (а зрелище в ночное время, скажу я вам, завораживающее), мы отключаемся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*